Первым делом Воркута направился к дому Костика, который теперь каждое утро в пять часов садился за руль мусоровоза. Костик встретил старого друга настороженно, но, услышав про совесть, явившуюся во сне, не стал спорить — мать его, Надежда Петровна, три года назад потеряла зрение из-за диабета, и сын едва сводил концы с концами. Воркута предложил устроить Костика в городскую больницу, где требовались санитары, и лично договорился с главврачом, сославшись на старую дружбу с заведующим травматологией. Вторым оказался Лёха, который после освобождения прибился к храму Святой Троицы и жил в сторожке при колокольне. Отец Николай, узнав о намерениях группировки, благословил их помогать приходу: чинить забор, колоть дрова и развозить продукты одиноким старикам. За три месяца Воркута, Костик и Лёха отремонтировали крышу воскресной школы, установили пандус для инвалидной коляски и наладили доставку горячих обедов в дом престарелых. Осенью к ним обратилась учительница младших классов, чей сын пострадал от школьных хулиганов. Воркута, вспомнив собственные ошибки, провёл с мальчишками беседу о последствиях, а затем организовал в школе кружок по боксу, где сам стал тренером. К декабрю группировка официально зарегистрировалась как общественная организация «Возрождение», получив грант от муниципалитета на ремонт детской площадки. К весне 2025 года Воркута впервые за двадцать шесть лет заснул без снотворного — совесть в сером пальто больше не приходила. Он понял: исправление не в громких словах, а в том, чтобы каждый день делать малое добро, не ожидая благодарности. В городе его уже не называли бандитом — только «дядя Воркута», а местная газета написала очерк о том, как бывшие преступники стали опорой для десятков семей.